Выставка «Роскошь заката: Иран эпохи Каджаров»

Министерство культуры РФ

Государственный музей Востока

представляют выставку «Роскошь заката: Иран эпохи Каджаров»

15 мая - 25 июля

Масштабный выставочный проект познакомит зрителей с малоизвестной широкой публике страницей иранской истории и искусства — периодом конца XVIII-начала XX вв. и займет весь выставочный комплекс музея —7 залов.

Впервые в России в одном пространстве будет собрано более 300 предметов из богатейшей иранской коллекции музея Востока: произведения живописи и миниатюры, керамика и стекло, изделия из дерева и художественный металл, ковры и расписные ткани, манускрипты и оружие. Выставка будет дополнена историческими документами из Государственного Архива РФ, экспонатами из Фонда Марджани, а также фотоматериалами из Кунсткамеры (МАЭ РАН). Большая часть экспонатов никогда не покидала фонды музея и выставляется впервые.

Всего на выставке три произведения из коллекции Фонда Марджани : богато декорированный Коран с персидским переводом и комментариями, двери, расписанные сценами из персидской литературы и портрет каджарского царевича. Двери и Коран ранее были представлены на выставке «Классическое искусство исламского мира: 99 имен всевышнего» в ГМИИ. Портрет выставляется впервые.

  

Портрет принца. Иран, первая половина XIX в.

Холст, масло. 140 х 92,2 см

Юноша сидит на золотом троне в вальяжной позе. Поверх длинного халата на нем надета кольчуга с личинами дивов на плечах. Звенья кольчужной сетки изображены очень похожими на жемчужный декор плечевых браслетов, каймы халата, ножен сабли. Голову венчает корона-шлем. Богатейшие украшения воинского убора позволяют говорить о царственном статусе персонажа. Вероятно, на портрете запечатлен один из многочисленных отпрысков Фатх-Али шаха (1797-1834).

Рукопись. Коран

Иран, Решт. 21 ноября 1714 г. – Исфахан. 1822–3 г.

Бумага, тушь, краски , золото, серебро. 307 листов

Переплет – папье-маше, роспись под лаком

Этот художественно оформленный список Корана особенно интересен историей своего создания. Основной арабский текст был переписан почерком насх в 1714 г. в городе Решт каллиграфом Мухаммад-Джафаром, сыном Мухаммад-Ибрахима, по приказу заказчика, имя которого можно прочесть как хаджжи Мухйи-хан. Позднее над рукописью поработали два знаменитых исфаханских каллиграфа, мастера почерка шикасте, ― Абд ал-Маджид Таликани (1737–38 – 1771–72) и его ученик Мирза Кучак. Эти мастера вписали красными чернилами изящным шикасте между строк персидский перевод текста Корана. В 1822–3 г. другой ученик Абд ал-Маджида, Ака Мухаммад-Джафар Далвдуз добавил на поля рядом с началом каждой суры отрывки, описывающие чудодейственные свойства глав Корана, а богатая иллюминация и лаковый переплет рукописи относятся к еще более позднему времени и, судя по всему, также были выполнены в Исфахане в первой половине XIX в.

Пара дверей

Иран, Исфахан или Тегеран. Конец XIX в.

Дерево, роспись под лаком

Роспись этих дверей ― очередное свидетельство того, сколь глубокий след оставило сефевидское искусство в культуре Ирана. Одиночные фигуры в медальонах воспроизводят исфаханские рисунки на альбомных листах XVII в. Некоторые из них ― без подписей, другие названы именами известных литературных персонажей. Литературную тему продолжают мелкие изображения на дверных рамах. Большинство композиций сопровождается названиями сюжетов. Наконец, картуши в центральных филенках содержат текст: «По высочайшему царственному приказу царя царей (султана султанов) шаха Аббаса Сафави ал-Мусави ал-Хусайни Бахадур-хана. Да продлит Господь его царствование!» В надписи подразумевается сефевидский шах Аббас I (1587–1629), который легко узнается в одном из игроков в нарды (справа) в центральной сцене на правой двери. Его визави ― очевидно, не менее знаменитый и хорошо известный по изображениям (например, фрескам Чихил-сутуна) шах Тахмасп I (1524–1576). Сцена представляет собой воображаемую встречу властителей двух разных эпох, представленную каджарским художником XIX в.

Экспозиция концептуально поделена на ряд тематических разделов и исследует разные стороны жизни иранского общества XIX – начала XX века: идеологию верховной власти, религиозные практики и народные суеверия, взаимоотношения с иностранцами и воздействие европейской моды, военные традиции и мастерство ремесленников, а также бытовую культуру, в которой современные новшества сочетались с устоявшимися обычаями.

Только в последние десятилетия значимость каджарского искусства, долгое время остававшегося недооцененным, стала осознаваться искусствоведами и сотрудниками музеев, решившимися показать посетителям произведения этого периода. В разные годы выставки прошли в Лансе (Лувр-Ланс 2014)); Нью-Йорке (Бруклинский музей, 1998); Баку (центр Г. Алиева при участии Тбилисского музея истории Грузии (2019). Первой в этом ряду еще в начале 1970-х гг. стала выставка живописи из собрания Музея Востока (Москва, Государственный музей Востока, 1973).

Коллекция каджарского искусства Государственного музея Востока насчитывает более 1000 предметов искусства и является одной из самых представительных в мире — наряду с собраниями парижского Лувра, музея Виктории и Альберта в Лондоне и Государственного Эрмитажа.

Каджарская династия пришла к власти в Иране в последней четверти XVIII в. после долгой междоусобной борьбы. Правление ее не было безоблачным: кризисные явления в экономике, тяжелые и неудачные войны, территориальные потери и невозможность противостоять европейской колониальной экспансии, социальная напряженность, вылившаяся в кровавые восстания, способствовали тому, что Иран воспринимался как безнадежно отсталая провинция, а каджарский период - как продолжение кризисного XVIII в., ставшего эпохой заката былой славы иранского государства. Однако независимость страны была сохранена, на фоне явственных признаков упадка возникли первые ростки модернизации, а каджарское искусство, в котором ярко отразились две основные тенденции эпохи – интерес к европейским достижениям и преклонение перед собственной историей, эпосом и традициями – заняло свое место в истории мировой культуры.

Произведения каджарского искусства не похожи на изысканные шедевры предшествующих эпох, но в них живет во всех противоречиях породившее их время. Наивные и многозначные, грубоватые и обаятельные, красочные и жизнеутверждающие, они бросают отблеск небывалой роскоши и сказочной фантазии на закатный период иранского средневековья.

Кураторы выставки: Мария Кулланда, Полина Коротчикова

Аккредитация: Наталия Борисова, 8-495-690-05-23 press@orientmuseum.ru